В постоянной рубрике «Театральный ликбез» сегодня расскажем о звукорежиссерах.
Театр, как известно, искусство синтетическое. Слово это, в применении к высоким материям, возможно, звучит неказисто, но точно отражает суть – чтобы на сцене состоялось яркое, оригинальное зрелище, необходимо соединение множества компонентов, важнейшим из которых, несомненно, является звук.
Мы сидим в обители технаря – звукоаппаратной большого зала театра. Для Игоря Лазарева это родные стены вот уже в течение 18 лет. Имея престижную профессию инженера-физика, он работал и на градообразующем предприятии, в пожарной охране. Но, попав в театр, почувствовал себя человеком на своем месте именно здесь.
- Звук притягивал меня к себе еще со школы, - делится Игорь. С интересом изучал соответствующие предметы, играл в школьном ансамбле, после армии проводили с друзьями дискотеку в Татыше. Закончил институт, работал, как все, а душа требовала чего-то другого.
Пришел в театр по объявлению. В девяностые оснащение было самым примитивным: пульт, простенькие катушечные магнитофоны, не было хорошей пленки, скотча. Кое-что приходилось покупать на свои деньги.
- Технический прогресс налицо, сейчас оснащение более современное?
- Ну конечно. Цифровой пульт, микрофоны, особенно меня радуют головные, которые используют актеры во время спектакля.
- Стремление к совершенству неизбежно во всех областях. Наверное, сейчас можно приобрести и более совершенную аппаратуру, но тебе удается сделать, как это принято сейчас говорить высококачественный продукт и на имеющейся технике.
- Здесь несколько составляющих. Конечно, очень помогает профильное образование, кроме того, я увлечен этой работой, пытаюсь решать сложные задачи. Я думаю, звукорежиссер должен жить спектаклем, вникать, в каком настроении актеры пришли именно сегодня. Каждое представление не похоже на другое, я стараюсь уловить настрой и музыкой помочь исполнителям.
- В таком подходе сказывается большой опыт работы…
- И не только. Когда я пришел в театр, здесь были так называемые выписки. На листе значилось: пуск, реплика, стоп. Мне нужна пьеса полностью. Когда есть текст, следишь за ним и за актерами, которые тоже люди, могут пропустить что-то, перепутать, а музыку нужно все равно включить вовремя. Такому методу работы научил меня Николай Андреевич Воложанин, оставивший значительный след в истории театра.
- Есть подозрение, что ты из породы людей, которым чем труднее, тем интереснее…
- Хочется решать масштабные задачи. Каждая из них для меня – вызов. Например, спектакли «Курчатов» или «Скупой». Материал заставляет думать, принимать нетривиальные решения. Тем он и интересен. А когда чисто включить и выключить – это и обезьянка может.
Беседа завершилась. Но не завершился наш экскурс в увлекательный мир звуков. В сопровождении второго звукорежиссера – очаровательной Александры Мироновой мы с фотографом отправились в звукоаппаратную малого зала, практически под крышу театра.
Там через час должен был начаться первый показ спектакля «Спиннинг, или Как папа получил красную карточку», перенесенный режиссером Никитой Золиным из большого зала.
- Вначале я была участницей музыкального ансамбля театра начала рассказ Саша, - а с 2016 года, после окончания колледжа искусств, работаю в качестве звукорежиссера. Должна сказать огромное спасибо Игорю Лазареву, который преподал мне первые уроки этой непростой профессии, и к которому я отношусь с большой нежностью.
- Помогло ли тебе твое музыкальное образование?
- Вне всякого сомнения. Довольно частая история, когда музыкант вдруг приходит, в эту сферу. Слух развит больше, чем у среднестатистического человека. Вот, например, сегодня я веду спектакль «Спиннинг», он же будет и в воскресенье. Актеры будут играть по-разному, надо уловить их настроение.
- Какой спектакль является для тебя сложным, а какой, может быть любимый?
- Сложный очень по пьесе Ибсена «Гедда Габлер». На сцене белый квадрат за которым 8 микрофонов. Артист, выполняя рисунок роли, может отойти от микрофона, а звучание должно быть ровным. Приходится внимательно следить и, по сути, помогать артистам звучать без провалов. Напряжение очень большое, спектакль идет час, а по моим ощущениям – все три.
«Снежная королева» также связана с большим количеством событий на моем пульте. Много персонажей, за всеми надо следить, вовремя включать и выключать микрофон, не нарушать музыкальную канву.
А из любимых спектаклей, несомненно «Лес» по пьесе Островского. Он долгий, три часа идет, и в нем режиссером Измайловой шикарно подобрана музыка.
- Помимо основной работы ты как музыкант участвуешь в спектаклях, «Ромео и Джульетта», «Скупой»…
- Когда ко мне обратился за помощью режиссер этих спектаклей Никита Трофимов, я не отказалась. Сделала аранжировку, играю в ансамбле на флейте, поддерживаю музыкальную форму.
Александра переключилась на подготовку к спектаклю. Наверх поднялся Никита Золин, дал указания. Публика заполнила зал. Можно сказать, что своеобразная премьера старого спектакля в новых стенах прошла блестяще. Житейская история, обозначенная режиссером как пародия на провинциальную действительность с первых минут вызвала в зале смех, который не смолкал до финала. В действие наряду с прежними исполнителями органично вписались Никита Золин, исполнивший роль Макса, и новая артистка театра Настасья Малеева, ярко блеснувшая в эпизодической роли Татьяны.
Текст: Светлана Гурина
Фото: Владимир Оськин
